Русская Православная Церковь • Сайт храма Одинцовского благочиния Московской епархии

Вопросы священнику

В этом разделе вы можете найти ответы на интересующие вас вопросы о вере, Церкви и духовности или задать свой вопрос священнику.

Вопросы присылайте на nikoladarino@gmail.com.

Дорогие пользователи нашего сайта!

Большая просьба внимательно просматривать уже опубликованные на сайте ответы, прежде чем отправлять свой вопрос.

Вопросы и ответы:

Как подготовить ребенка к первой исповеди?

 

Отвечает иеромонах Иов (Гумеров)

По традиции нашей Церкви, исповедь детей начинается в семилетнем возрасте. Это совпадает с переходом из детства в отрочество. Ребенок достигает первой ступени духовной зрелости. Крепнет его нравственная воля. В отличие от младенца, он уже имеет внутренние силы противиться соблазнам.

Первая исповедь – событие особое в жизни детей. Она может надолго определить не только отношение к исповеди, но и направление его духовной жизни. К ней родители ребенка должны были готовить все предшествующие годы, живя в благодатном опыте Церкви. Если они смогли воспитать в ребенке благочестие, то смогут подготовить ребенка к первой исповеди так, что у него этот день будет праздником.

У ребенка мышление по преимуществу наглядно-образное, а не понятийное. Его представление о Боге формируется постепенно по образу отношений его с родителями. Он ежедневно слышит молитву: «Отче наш…» – «Отец наш…». Сам Господь в притче о блудном сыне использует это сравнение. Как отец обнимает возвратившегося к нему сына, так и Бог с великой радостью принимает кающегося человека. Если в семье отношения строятся на любви, то бывает нетрудно объяснить сыну или дочери, почему нужно любить своего Небесного Родителя. Для детей это так же естественно, как любить родителей. Ребенку надо как можно чаще говорить о Божественной любви. Мысль о любящем Боге вызывает у него чувство вины, раскаяния и желания не повторять плохие поступки. Конечно, к 7 годам дети уже знают, что существует рай, что будет когда-то суд, но мотивы их поведения этим не определяются. Абсолютно недопустимо пугать детей и говорить, что Бог накажет. Это полностью может исказить представления ребенка о Боге. У него в душе будет тягостное чувство страха. Позже такой человек может потерять веру.

Детская вера не только простая и искренняя, но и необыкновенно светлая и радостная. Особенно ярко детская душа переживает праздники: «Идешь из церкви. Все – другое. Снег – святой. И звезды – святые, новые, рождественские звезды»; «Мреет в моих глазах, и чудится мне: в цветах – живое, неизъяснимо-радостное, святое… – Бог?.. Не передать словами» (Шмелев Иван. Лето Господне).

В подготовке к исповеди важно дать почувствовать ребенку, что он уже достаточно взрослый и может сам оценивать свои поступки. Беседа не должна напоминать урок, который он должен запомнить. Нужно не стеснять его свободу. Он искренне может раскаиваться только в том, что сознает как неправильный и плохой поступок. Тогда рождается желание и решимость исправиться. После исповеди ребенок должен почувствовать облегчение, сходное с тем, какое испытывает он, когда родители с доверием и любовью прощают своим детям проступки.

Загрузить увеличенное изображение. 800 x 538 px. Размер файла 331328 b.
 Алексей Корзухин (1835-1894). Перед исповедью. 1877 г.
Алексей Корзухин (1835-1894). Перед исповедью. 1877 г.
Ваня Шмелев помнил свою первую исповедь всю свою жизнь: «Приходим загодя до вечерни, а уж говельщиков много понабралось. У левого крылоса стоят ширмочки, и туда ходят по одному, со свечкой. Вспомнил я про заслончик – душа сразу и упала. Зачем заслончик? Горкин мне объяснил: это чтобы исповедники не смущались; тайная исповедь, на духу, кто, может, и поплачет от сокрушения, глядеть посторонним не годится. Стоят друг за дружкой со свечками, дожидаются череду. И у всех головы нагнуты, для сокрушения. Я попробовал сокрушаться, а ничего не помню, какие мои грехи. Горкин сует мне свечку, требует три копейки, а я плачу.

– Ты чего плачешь… сокрушаешься? – спрашивает. А у меня губы не сойдутся.

У свещного ящика сидит за столиком протодьякон, гусиное перо держит.

– Иди-ка ко мне!.. – и на меня пером погрозил. Тут мне и страшно стало: большая перед ним книга, и он по ней что-то пишет – грехи, пожалуй, рукописание. Я тут и вспомнил про один грех, как гусиное перо увидал: как в Филипповки протодьякон с батюшкой гусиные у нас лапки ели, а я завидовал, что не мне лапку дали. И еще вспомнилось, как осуждал протодьякона, что на Крестопоклонной моченые яблоки вкушает и живот у него такой. Сказать?.. Ведь у тех все записано. Порешил сказать, а это он не грехи записывает, а кто говеет, – такой порядок. Записал меня в книгу и загудел на меня из живота: “О грехах воздыхаешь, парень?.. Плачешь-то? Ничего, замолишь, Бог даст, очистишься”. И провел перышком по моим глазам.

Нас пропускают наперед. У Горкина дело священное – за свещным ящиком, и все его очень уважают. Шепчут: “Пожалуйте наперед, Михал Панкратыч, дело у вас церковное”. Из-за ширмы выходит Зайцев, весь-то красный, и крестится.

Уходит туда пожарный, крестится быстро-быстро, словно идет на страшное. Я думаю: “И пожаров не боится, а тут боится”. Вижу под ширмой огромный его сапог. Потом этот сапог вылезает из-под заслончика, видны ясные гвоздики: опустился, пожалуй, на коленки. И нет сапога: выходит пожарный к нам, бурое его лицо радостное, приятное. Он падает на колени, стукает об пол головой, много раз, скоро-скоро, будто торопится, и уходит. Потом выходит из-за заслончика красивая барышня и вытирает глаза платочком – оплакивает грехи?

– Ну, иди с Господом… – шепчет Горкин и чуть подталкивает, а у меня ноги не идут, и опять все грехи забыл.

Он ведет меня за руку и шепчет: “Иди, голубок, покайся”. А я ничего не вижу, глаза застлало. Он вытирает мне глаза пальцем, и я вижу за ширмами аналой и отца Виктора. Он манит меня и шепчет: “Ну, милый, откройся перед крестом и Евангелием, как перед Господом, в чем согрешал… Не убойся, не утаи…” Я плачу, не знаю, что говорить. Он наклоняется и шепчет: “Ну, папашеньку-мамашеньку не слушался…” А я только про лапку помню.

– Ну, что еще… не слушался… надо слушаться… Что, какую лапку?..

Я едва вышептываю сквозь слезы:

– Гусиная лапка… гу… синую лапку… позавидовал… Он начинает допрашивать, что за лапка, ласково так выспрашивает, и я ему открываю все.

Он гладит меня по головке и вздыхает:

– Так, умник… не утаил… и душе легче. Ну, еще что?..

Мне легко, и я говорю про все: и про лопату, и про яичко, и даже как осуждал отца протодьякона, про моченые яблоки и его живот. Батюшка читает мне наставление, что завидовать и осуждать большой грех, особенно старших.

– Ишь ты, какой заметливый… – и хвалит за “рачение” о душе.

Но я не понимаю, что такое “рачение”. Накрывает меня епитрахилью и крестит голову. И я радостно слышу: “…прощаю и разрешаю”.

Выхожу из-за ширмочки, все на меня глядят – очень я долго был. Может быть, думают, какой я великий грешник. А на душе так легко-легко» (Шмелев Иван. Лето Господне).

Дети в 7 лет часто бывают застенчивыми. Зная это, родители должны начать беседы об исповеди задолго до этого события. Тогда ребенок постепенно привыкнет и будет ждать с некоторым волнением, но без робости. Каждый раз надо говорить с ним об этом очень спокойно, подчеркивая, что он уже большой и многое уже умеет делать самостоятельно.

Первое участие ребенка в таинстве покаяния – это не генеральная исповедь взрослого человека, обремененного за десятилетия множеством грехов. В 7 лет дети делают только первые опыты, проходят первые уроки в школе покаяния, в которой они будут учиться всю свою жизнь. Поэтому важна не столько полнота исповеди, а правильная настроенность ребенка. Родители должны помогать ребенку осознать как грех, прежде всего, то, что может представлять опасность для его духовного развития, что может укорениться и приобрести силу навыка. «Не оставляйте детей без внимания относительно искоренения из сердца их плевел грехов, скверных, лукавых и хульных помышлений, греховных привычек, наклонностей и страстей; враг и плоть грешная не щадят и детей, семена всех грехов есть и в детях; представьте детям все опасности грехов на пути жизни, не скрывайте от них грехов, чтобы они, по неведению и невразумлению, не утвердились в греховных навыках и пристрастиях, которые растут и приносят соответствующие плоды по приходе детей в возраст» (Иоанн Кронштадтский,святой праведный. Моя жизнь во Христе. М., 2002. С. 216). Такими плевелами являются: лукавство, ложь, самомнение, хвастливость, эгоизм, неуважение к старшим, зависть, жадность, лень. В преодолении вредных греховных привычек родители должны проявить мудрость, терпение и настойчивость. Они должны не подсказывать грехи и не указывать прямо на образовавшиеся в душе ребенка недобрые привычки, а уметь убедительно показать их вред. Только такое покаяние, которое совершается с участием совести, приносит плоды. «Совесть путем внутреннего внушения научает всему, что должно делать» (Иоанн Златоуст,святитель. Пять слов об Анне). Родители должны искать причины появления в душе ребенка греховных навыков. Чаще всего они сами заражают своими страстями. Пока они сами не победили их в себе, исправление не даст заметных результатов.

При подготовке детей к исповеди важно не только помочь ребенку увидеть грехи, но и побудить его к приобретению тех добродетелей, без которых невозможно иметь полнокровную духовную жизнь. Такими добродетелями являются: внимание к своему внутреннему состоянию, послушание, навык молитвы. Детям доступно восприятие Бога как своего Небесного Родителя. Поэтому им легко объяснить, что молитва является живым с Ним общением. Как общение с отцом и матерью является потребностью для ребенка, так необходимо и молитвенное обращение к Богу.

После исповеди родители не должны расспрашивать о ней ребенка, а проявить всю полноту ласки и теплоты, чтобы как можно глубже запечатлелась в детской душе радость этого великого события.


 Ответы публикуются с сайта www.pravoslavie.ru

Какая степень предварительных знаний о вере может считаться удовлетворительной у крещаемого?

Отвечает протодиакон Андрей Кураев:

Если речь идет о взрослых, то, наверное, должна быть как минимум готовность дальше открыть себя для церковного опыта. Здесь дело не в количестве усвоенных килобайт – мы не на ЕГЭ. Нужно понимание того, Кто есть Христос Спаситель. Понимание того, что те заповеди, которые Он нам дает через Писание и Церковь – это заповеди для современного человека, а не для какого-то его древнего предка. Понимание того, что они нужны именно для спасения, а не просто для собственного житейского или душевного комфорта. Если такое понимание есть, то, наверное, можно приступить к совершению Таинства.

Можно ли крестить детей у некрещеных, неверующих, совсем нецерковных родителей?

Отвечает протодиакон Андрей Кураев:

Собственно говоря, крещение детей – это кредит доверия, который Церковь выдает родителям в ответ на их веру. Выдает в надежде на то, что задаток будущих благ, который таинственно всевается в Крещении, будет воз-ращен той средой, в которой воспитывается малыш.

Если же об этой среде мы заранее знаем, что она нецерковна и совершенно не собирается помогать росту этого зерна – то тогда получается, что мы занимаемся профанацией, а не спасением.

У церковных родителей можно крестить «весь дом», по-апостольски. А если «дом» и не изъявляет желания становиться христианским? Если для этих людей крестины малыша – это повод для пьянки? Если для них крестины это способ закрыть для себя религиозную тему еще на многие и многие годы – до ближайших семейных похорон?


На чем основано особенное поминовение усопших на девятый и сороковой дни?

Отвечает священник Даниил Сысоев:

Это церковное правило имеет два основания. Одно связано с определенными этапами распада тела (9-й день — потеря вида тела, а 40-й — разложение сердца), которое воспринимается как стадии его переплавки для последующего воскрешения. Но, главное, по церковному преданию эти дни особенно важны для жизни бессмертной души. В третий день душа проходит мытарства, до 9-го дня она видит райские обители, а до 40-го — адские бездны. В 40-й день Бог определяет ей место вплоть до Страшного Суда. Сами эти сроки действительно связаны с событиями священной истории. Мытарства завершаются (обычно) к 3-му дню из-за того, что Христос воскрес из мертвых, рай осматривают до 9-го дня по числу ангельских чинов, а суд совершает вознесшийся и вечно ходатайствующий за нас Христос.




В чем заключается смысл повторения молитвы «Господи, помилуй» 3 раза, 12 и 40 раз?

Отвечает иеромонах Иов (Гумеров):

«Господи, помилуй!» (греч. «Kyrie eleyson») – древнейшая молитва. Чтобы усилить нашу покаянную молитвенную настроенность, мы повторяем ее 3, 12 и 40 раз. Все эти три числа в святой Библии символизируют полноту. Митрополит Вениамин (Федченков) приводит слова праведного Иоанна Кронштадтского, которые были сказаны ему во время беседы: «Почему часто поем: ”Господи, помилуй?” Потому что мы – существа падшие, непрестанно согрешающие и прогневляющие своего Господа, и потому достойны всякого осуждения и наказания во всякое время. И все блага, которые имеем и которых просим, имеем по милости Божией, а не по делам и заслугам нашим; и просим как милости Божией, а не как должного, или принадлежащего нам по праву. Таким образом эта краткая молитва учит непрестанному самоосуждению, покаянию, смирению, исправлению, упованию на милость Божию, милосердию к ближним, памятованию о праведном суде Божием и мздовоздаяния по делам каждого из нас» (Небо на земле. 12. Нужные молитвы).

После радостного восклицания «Аллилуиа» (евр. «Хвалите Господа»), которое присутствует во всех хвалебных псалмах, «Господи, помилуй» является кратчайшей молитвой. Одновременно она – самая краткая исповедь, даже более краткая, чем покаяние мытаря, сказавшего из глубины сокрушенного сердца пять слов. Многократное повторение «Господи, помилуй» также напоминает нам о том, что грехопадения наши по нашей духовной немощи постоянны, но мы не коснеем в грехе, а постоянно взываем о помиловании. По словам праведного Иоанна Кронштадтского, эта молитва «бьет в нашу гордость и вызывает в размышляющих чувство смирения, которое есть основание христианских добродетелей. Эта краткая молитва есть самая нужная для всякого грешника, как пища и питие его, как врачевство его. Она дыхание души его… Кто часто и от сердца говорит: ”Господи, помилуй!” – тот, значит, жив и здрав духом. А кто не говорит или стыдится говорить эту краткую молитву, тот мертв или смертельно болен».

Молитва «Господи, помилуй!» – духовное наследие богооткровенной ветхозаветной религии. Звучала она не реже, чем за нашим богослужением. Особенно часто она встречается в псалмах: 4: 2; 6: 3; 9: 14; 26: 7; 30: 10; 40: 5, 11; 85: 3; 122: 3. В нашем богослужении 40 раз (число полноты) «Господи, помилуй» чаще всего поется или произносится перед молитвой при совершении литии, полунощницы, на 3-м, 6-м и 9-м часах.

Хорошо, когда «Господи, помилуй!» хор поет или чтец произносит с духовной силой, бодро, но не поспешно. Недопустимо, чтобы многократное повторение этой молитвы было формальным, небрежным.

«Милость Божия не другое что есть, как благодать Святого Духа, которую должны испрашивать у Бога мы, грешные, непрестанно вопия к Нему: ”Помилуймя!” Яви милость Свою, Господи мой, ко мне, грешному, в жалком состоянии, в каком я нахожусь, и прими меня опять во благодать Твою. Дай мне дух силы, чтобы он укрепил меня в противостоянии искушениям диавола и худым навыкам моим греховным. Дай мне дух совета, чтобы я уцеломудрился, пришел в чувство и исправился. Дай мне дух страха, чтобы я боялся Тебя оскорблять, и исполнял заповеди Твои. Дай мне дух любви, чтобы я любил Тебя и не удалялся более от близ Тебя. Дай мне дух мира, да соблюду мирной душу мою, соберу все помышления мои и пребуду безмолвен и не мучим мыслями. Дай мне дух чистоты, да хранит он меня чистым от всякого осквернения. Дай мне дух кротости, да буду тихонравен в обращении с братиями моими христианами и воздержен от гнева. Дай мне дух смирения, да не помышляю о себе высокая и да не буду горд» (Добротолюбие. Т. 5. Истолкование молитвы «Господи, помилуй»).


 Ответы публикуются с сайта www.pravoslavie.ru

Есть ли в католицизме что-нибудь, что может быть усвоено в Православии?

Отвечает архимандрит Тихон (Шевкунов):

Начнем с главного: с точки зрения вероучения в католицизме нет ничего из положительного, чего бы не было в Православии, поскольку Священное Писание, Священное Предание и святоотеческое наследие неразделенной Церкви (до 1054 года) во всей полноте хранятся в Православной Церкви и поныне. Все же то, что было принято в латинской церкви после разделения: «филиокве», догмат о непорочном зачатии Девы Марии, учение об индульгенциях, чистилище, сверхдолжных заслугах, новые обряды и т.п. – не может быть принято как основы вероучения, тем более, что сами католики нередко готовы пожертвовать этими новыми догматами и учениями в случае, например, перехода православных в католичество. Единственное, на чем всегда настаивают в таких случаях католики, – на обязательности принятия единственного догмата – о главенстве в Церкви и непогрешимости Папы.

Что же касается опыта социального служения – диаконии – это, как раз, одно из того, чему мы можем поучиться у католиков. Многое мы можем взять из их опыта миссионерства и апологетики. Очень интересен опыт приходской жизни у католиков в Италии и в Южной Германии. Вопросы взаимодействия Церкви и государства, религиозного образования (в большинстве западных стран Закон Божий – непременный предмет в государственных школах), работа церковных организаций со СМИ – все это серьезно отработано и приносит добрые плоды у западных христиан. Многому мы можем научиться и из ошибок и спорных решений, принятых Католической церковью в ХХ веке. Это касается, к примеру,  модернистских реформ II Ватиканского собора.

Особо мы можем порадоваться тому, что немало западных христиан сохранили искреннюю веру во Христа в обществе потребления, полном соблазнов и жестоких искушений. И это – тоже для нас пример и братский урок.


 Ответы публикуются с сайта www.pravoslavie.ru

У меня появилась сильная леность к молитве и ещё страсть – долгоспание. Особенно вечером очень сложно встать на молитву. Весь день потом нет покоя. Как с этим быть?

Отвечает иеромонах Иов (Гумеров)

Для определения здоровой духовной жизни святые отцы употребляют понятиетеплота. «Духовная теплота в истинном своем виде есть плод присутствия в сердце благодати. Когда посещает благодать, на сердце тепло, а когда отходит – холодно. Духовная в сердце теплота есть плод чувства к Богу и всему Божественному» (прп. Никодим Святогорец. Невидимая брань. Часть вторая. Глава седьмая. О сердечной теплоте и об охлаждении и сухости сердца). Появляется она в самом начале духовной жизни, когда человек с верою и решимостью идти путем спасения совершает первые шаги  по очищению сердца. В это время Господь посылает новоначальному такую благодать, которая многократно превосходит его реальные труды. Бог дает ее, чтобы, столкнувшись с первыми искушениями и трудностями, новоначальный не повернул вспять к прежней жизни и чтобы демоны, воспользовавшись его неопытностью, не похитили у него еще неокрепшую веру. Период этот у каждого может быть разным, но всем дано пережить состояние, когда благодать временно отступает. Это проявление Божественной педагогики. Так Господь научает опытности и побуждает к самостоятельным трудам. Когда младенец совсем беспомощный, мать носит его на руках. Но если его никогда не ставить на ноги, то он не научится ходить. Если духовная жизнь человека строится на правильных началах, то христианин участием в благодатном опыте Церкви, молитвой, чтением Священного Писания и святых отцов, делами деятельной любви вновь обретает сердечную теплоту и, укрепляемый всевозрастающей в нем благодатью, совершает путь спасения. Память о временном умалении теплоты лишь укрепляет в человеке чувство благодарения Бога и надежду на Него. 

Святые отцы говорят также о таком охлаждении, которое является болезненным и опасным для духовной жизни. Причин может быть несколько:

1. Ложное направление духовной жизни, которое может привести к перенапряжению душевных сил и упадку здоровья.

2. Самомнение и самонадеянность. Оставляя нас перед лицом наших немощей, Господь заботится о том, чтобы в нашем сердце не пророс ядовитый корень духовной гордыни.

3. Смертный грех. Из нечистого сосуда нашей души удаляется благодать.

4. Невнимание к внутренней жизни, ослабление страха Божия, пристрастие к чему-либо мирскому, недуховному, уклонение от воли Божией.

Для восстановления духовной жизни и возвращения сердечной теплоты надо найти причины возникшего охлаждения. После преодоления причин теплота не возвращается сама. Прежде всего, нужна усиленная молитва о помощи к Господу и Матери Божией. Святитель Феофан Затворник советует: «Стоите ли на молитве, читаете ли, в церкви ли стоите, дело ли какое справляете – все одно имейте в уме:Господи, избави меня от сего охлаждения. И не давайте себе покоя, пока не согреетесь» (Письма. Вып. 1, письмо 113). И в вечерних молитвах есть специальное прошение: Господи, избави мя всякаго неведения и забвения, и малодушия, и окамененнаго нечувствия (24 молитвы, по числу часов дня и ночи святителя Иоанна Златоуста).

Моление о возвращении благодати должно сопровождаться благодушным терпением, побеждающим уныние и малодушное бездействие. Кто терпеливо переносит это, от того скоро и отходит охлаждение и возвращается обычная ревность, теплая, сердечная» (св. Феофан Затворник). Когда силы души начнут возвращаться, нужно подвигать себя к прежним духовным трудам. На это указывает св. Макарий Великий: «Стоит Он и рассматривает твой ум, помышления и движения мыслей, назирает, как ищешь Его, от всей ли души твоей, не с леностию ли, не с нерадением ли. И когда увидит рачительность твою в искании Его, тогда явится и откроется тебе, подаст помощь Свою и уготовит тебе победу».

Дорогая Елена! Тот спад в духовной жизни, о котором Вы пишете, по-видимому, произошел из-за неправильного отношения к молитвенному правилу: будучи средством соединения с Богом, оно стало для Вас главной целью. Правило необходимо. Оно упорядочивает нашу религиозную жизнь, задает ей определенный ритм, хранит нас от расслабления. «Душа, начинающая путь Божий, погружена в глубокое неведение всего божественного и духов ного, хотя б она была и богата мудростию мира сего. По причине этого неведения она не знает, как и сколько должно ей молиться. Для вспомо ществования младенчествующей душе святая Церковь установила молитвенные правила. Молитвенное правило есть собрание нескольких молитв, сочиненных боговдохновенными святы ми Отцами, приспособленное к известному об стоятельству и времени. Цель правила – доставить душе недостающее ей количество молитвенных мыслей и чувств, при том мыслей и чувств правильных, святых, точно богоугодных. Такими мыслями и чувствованиями наполнены благодатные молитвы святых отцов… Правило! Какое точное название, заимство ванное из самого действия, производимого на человека молитвами, называемыми правилом! Молитвенное правило направляет правильно и свято душу, научает ее поклоняться Богу Духом и Истиною (Ин. 4:23), между тем как душа, бу дучи предоставлена самой себе, не могла бы идти правильно путем молитвы. По причине своего повреждения и омрачения грехом она совраща лась бы непрестанно в стороны, нередко в про пасти: то в рассеянность, то в мечтательность, то в различные пустые и обманчивые призраки вы соких молитвенных состояний, сочиняемых ее тщеславием и самолюбием» (святитель Игнатий Брянчанинов).

Однако правило не является единственным видом нашего живого общения с Богом. Большую часть суток наше общение с Небесным Родителем совершается через внутреннюю обращенность к Нему: непрерывную память о Боге и постоянные  молитвенные воздыхания. Наше Богообщение совершается и через чтение Слова Божия, а размышления о чудном устроении сотворенного Богом мира, о всеблагой любви к нам Творца, также как и молитва, приближают нас к Господу. Если в силу внешних обстоятельств или усталости нет возможности полноценно исполнить правило, то надо смиренно и благодушно осознать свою немощь и не унывать, а восполнить правило кратким, но горячим, как дыхание, молением к Богу. «Мо литвенное правило – для человека, а не человек для правила: оно должно способствовать челове ку к достижению духовного преуспеяния, а не служить бременем неудобоносимым, сокруша ющим телесные силы и смущающим душу… И часто подвижники, безрассудно уставившие для себя обременительное правило, переходят от  многотрудного правила прямо к оставлению вся кого правила. По оставлении правила и даже при одном сокращении его непременно нападает на подвижника смущение. От смущения он начи нает чувствовать душевное расстройство. От расстройства рождается уныние. Усилившись, оно производит расслабление и исступление, а от дей ствия их безрассудный подвижник предается праздной, рассеянной жизни, равнодушием впа дает в самые грубые согрешения. Избрав для себя соразмерное силам и душев ной потребности молитвенное правило, старай ся тщательно и неупустительно исполнять его: это нужно для поддержания нравственных сил души твоей, как нужно для поддержания теле сных сил ежедневное в известные часы достаточ ное употребление здоровой пищи» (святитель Игнатий Брянчанинов).


 Ответы публикуются с сайта www.pravoslavie.ru

Если болезнь – это наказание человеку от Бога за его грехи и шанс задуматься о своей неправедной жизни, то не является ли попытка вылечиться противостоянием Богу?

Отвечает иеромонах Иов (Гумеров):

Для верующего истинным Врачом души и тела является Бог: Я Господь, целитель твой (Исх.15:26). Поэтому мудрый Иисус сын Сираха наставляет: Сын мой! В болезни твоей не будь небрежен, но молись Господу, и Он исцелит тебя. Оставь греховную жизнь и исправь руки твои, и от всякого греха очисти сердце(Сир.39:9-10). Призывая устранить главную причину болезней – грехи, он вместе с тем советует обратиться и к врачу: и дай место врачу, ибо и его создал Господь, и да не удаляется он от тебя, ибо он нужен (Сир.39:12).

В святой Библии мы встречаем немало сведений о древней медицине. Для смягчения раны использовалось масло, для дезинфекции – вино (Лк.10:34). Очищенные раны перевязывались (Ис.1:6; 30:26). Практиковалось также лечение мазями и бальзамом (Иер. 8:22; 46:11; 51:8). В священных библейских текстах упоминается также глазная мазь (Откр.3:18). При переломе костей делались специальные повязки (Иез.30:21). Из медицинских средств упоминаются пластыри из смокв при нарывах (Ис. 38:21) и плоды мандрагоры (мандрагоровые яблоки), которые должны были помогать от бесплодия (Быт 30:14). В Иез. 47:12 в качестве лекарства названы листья. Вино употреблялось как укрепляющее средство для желудка (1Тим 5:23); смешанное со смирной, оно использовалось для обезболивания (Мк.15:23).

О пользе врачей писали и святые отцы. «Как не должно вовсе бегать врачебного искусства, так не сообразно полагать в нем всю свою надежду. Но как пользуемся искусством земледелия, а плодов просим у Господа, или вверяем кормило кормчему, а молим Бога, чтобы спас нас от потопления, так, вводя к себе врача, когда позволяет это разум, не отступаемся от упования на Бога» (святитель Василий Великий).


 Ответы публикуются с сайта www.pravoslavie.ru

В каком случае причащающийся может принять причастие в свое осуждение, и в чем оно может выражаться? Где есть указания на осуждение в Священном Писании?

Отвечает иеромонах Иов (Гумеров)

Об этом говорит апостол Павел: «Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем» (1 Кор. 11: 28–29). В комментарии к этому посланию святитель Иоанн Златоуст пишет: «Причина стольких благ, трапеза, источающая жизнь, становится осуждением? Не по своему естеству, говорит он, а по произволению приступающего. Как Его пришествие, доставившее нам те великие и неизреченные блага, послужило к большему осуждению не принявших Его, так и эти тайны становятся средством большего наказания для недостойно причащающихся» (Гомилия 28 на 1-е Послание к коринфянам). Из слов апостола Павла видно, что он считает недостойно причащающимся того, кто не рассуждает о Теле Господнем, то есть принимает без веры – как простой хлеб. По мнению святых отцов, недостойно причащаются имеющие злобу на ближнего и находящиеся во вражде, имеющие неисповеданные смертные грехи, зараженные еретическими учениями. Последствиями недостойного причастия бывают недуги, как духовные, так и телесные. «Ибо многие, которые недостойно причащаются, становятся немощны верою, слабы духом, то есть подвергаются недугам страстей, засыпают сном греха, от этого смертного усыпления никак не пробуждаются для спасительной заботливости» (Авва Феона; см.: Иоанн Кассиан Римлянин, преподобный. Писания. 22 собеседование).

Святой Макарий Александрийский рассказывал о бывшем ему страшном видении: «Братия приступили к принятию святых таин. Как только некоторые простирали руки, бесы, как бы предупредив священника, клали им на руки уголья, между тем как Тело Христово, преподаваемое священником, возносилось обратно к алтарю. Напротив, когда более достойные из причастников простирали руки к алтарю, злые духи отступали от них и с ужасом далеко убегали. Видел он также, что ангел Господень предстоял алтарю и вместе с рукою священника простирал свою руку к алтарю и участвовал в преподании святых таин. И с того времени почила на нем благодать Божия, открывавшая ему, как во время бдений, при чтении псалмов и молитв кто-нибудь из братии, по внушению злых духов, предавался помышлениям. И не укрывались от него ни недостатки, ни достоинства братий, приступающих к алтарю» (Руфин. Жизнь пустынных отцов. О Макарии Александрийском).

Необходимо строго следить за тем, чтобы не причащаться недостойно, но избегать другой крайности: отказываться от регулярного участия в этом великом таинстве под предлогом недостоинства. О таких говорит преподобный Иоанн Кассиан Римлянин: «Хотя мы знаем, что мы не без греха, однако ж не должны уклоняться от святого причастия… И кто чище будет духом, тот тем более видит себя нечистым, более находит причины к смирению, нежели к возношению… Мы не должны устраняться от причащения Господня из-за того, что сознаем себя грешниками, но еще более и более с жаждой надобно поспешить к нему для уврачевания души и очищения духа, однако ж с таким смирением духа и верой, чтобы, считая себя недостойными принятия такой благодати, мы желали больше врачевства для наших ран. А иначе и в год однажды нельзя достойно принимать причащение, как некоторые делают, которые, живя в монастырях, достоинство, освящение и благотворность небесных таинств оценивают так, что думают, что принимать их должны только святые, непорочные. А лучше бы думать, что эти таинства сообщением благодати делают нас чистыми и святыми». Церковь предоставляет нашей христианской совести испытывать нашу готовность к причастию. Благословение на причастие дает священник, который принимает исповедь.


 Ответы публикуются с сайта www.pravoslavie.ru

Использованы материалы с сайта pravoslavie.ru, pravmir.ru, pravda.ru

Сегодня

18 декабря 2017 года

Фотографии

Наш храм

Наш храм